Алексей Дудин

(20.04.1974 — 03.06.2011)

      Дудин Алексей Иванович родился 20 апреля 1974 года в  городе Павлодаре. Этот город находится в Казахстане. После окончания Павлодарского техникума при тракторном заводе приехал в Ивановку в 1995 году. Свою трудовую деятельность начал  пекарем, затем работал токарем в дорожном управлении. По природе Алексей был человеком любознательным и целеустремлённым, поэтому тянулся к новому и творческому. Изучив в совершенстве компьютер, организовал детский компьютерный клуб «Юный юзер» в ДК, где обучал детей компьютерной грамотности, снимал  фильмы, писал сценарии. Дети его очень любили. От желающих обучаться в клубе не было отбоя. Но любимым его занятием была видеосъёмка и видеомонтаж. Снимал события, происходившие в Ивановке и Ивановском районе, детские праздники, последние звонки, выпускные.

     А ещё он писал стихи, поэмы, сценарии.  «Трагедия села», «Повесть о Галушкине», «Албазинский сказ», «Гимн Амурских казаков»,  стихи говорят о патриотизме, любви к Родине. В 2007 году написал произведение «Трагедия села». Оно посвящено памяти трагических событий, произошедших в селе Ивановка 22 марта 1919 года. Это произведение находится в музее и библиотеке с. Ивановка. За произведение «Трагедия села» был награждён Дипломом областного конкурса любительских театров за патриотизм и любовь к родному краю и Почётной грамотой за активное участие в постановке театрально-поэтического спектакля «Трагедия села».

Вот первые строки  произведения «Трагедия села»:

Нам скажут – бередим мы раны,

Нам скажут – надо позабыть

Те лихолетья, ураганы,

Глаза на прошлое закрыть.

Но нет, история отцов

И матерей сожжённых,

Убитых немощных юнцов

Огнём, как прокажённых.

Простить простили, но забыть

Мы не имеем права.

Нам суждено с рубцом на сердце жить,

Так глубока Ивановская рана.

    В 2005 году написал произведение «Албазинский сказ», в котором описана героическая оборона крепости Албазино, гибель казаков во время осады крепости маньчжурами в  XVII веке. По этому произведению детский коллектив «Калинушка» ставил театральный спектакль «Албазинский сказ», за которое автора наградили Почётной грамотой. За «Повесть о Галушкине» был награждён Дипломом и премией Амурского УВД. «Гимн амурских казаков» действительно стал гимном амурского казачества.

Алексей писал и детские стихи. Мне очень нравится «Колыбельная»:

На дне моря-океана,

Там, где нету урагана,

Там, где тишь и благодать,

Прилегла русалка спать.

Треплют волос волны нежно,

Засыпает безмятежно.

— Баю-бай, — поют ей рыбки,

И ракушки, и улитки.

— Спи, русалочка, усни,

Ты устала, отдохни.

      Алексей был самоучкой.  Он пробовал себя в разных профессиях. За что бы он ни брался, всё делал профессионально. Изучал новое ремесло, вооружившись литературой. Творчески подходил к любому делу. За свою короткую жизнь он многое изучил. Постоянно занимался самообразованием. Прочитал  много книг о видеомонтаже и видеосъёмке. Алексей считал, что человек должен постоянно  обновлять знания, стремиться к совершенству.

     Талантливый человек – талантлив во всём. Очень жаль, что его нет рядом с нами. Умер Алексей 3 июня 2011 года.

Анна Дудина.

Литературный портал произведений автора.

http://www.proza.ru/avtor/deribac1

http://www.stihi.ru/avtor/deribac1

      Война 1941-1945

Война оставляет свой след

И время ей не мешает.

Даже сейчас спустя много лет

Она в сердце ужас вселяет.

Военных  четыре года

Страшных, тяжелых боев.

Стойкость и правда народа

Грудью стоявших за кров.

Слава! Воинам павшим.

Прадедам, дедам, отцам.

Слава! Народам, не ставшим

Рабами у подлеца.

Мы много о той войне знаем

Из книг, из кино, от дедов.

Устам ветеранов внимаем

Рассказы про подвиг отцов.

Их мало живущих ныне,

Но слово и память живут.

О тех, кто фашисткой скотине

Закрыл своим телом путь.

                   Человек

Я восхищен душой большой,

Объемом сердца, волей закаленной.

Он тот, кого зовем мы головой

Мудрец, твореньем увлеченный.

Он человек-эпоха, кладезь знаний,

Свидетель становления села.

Не только видел, но и путём стараний

Творит, работает с утра и до утра.

Поверьте, я не видел более

Любви и верности к местам родным.

Неважно то: поля, сады иль в школе

Он там живет участием своим.

В сердцах людей он памятник себе воздвиг,

Не каменный, а светлый и живой.

Большого уважения достиг,

Работой сделанной большой.

Эх, если б каждый так радел

За землю, дом, страну.

Народ богатство бы имел

И полную казну.

              Моему другу

                          Грабору Александру к дню рождения

Пусть в этот день сияет солнце,

Пусть не ломаются компы,

Пусть неустанно на оконце

Взлетают чайные пары.

Родиться в этот день — удача,

И ты ее поймал за шлейф.

Не может быть никак иначе:

Твой парусник не ляжет в дрейф.

Прими, Gralkon, мой эпос скромный.

Прими!  Ведь он от всей души.

Будь счастлив, друг неугомонный!

И формат С: жать не спеши!

Грабору А.К.
Он есть, надеюсь долго будет — экспромт — посвящение.

Он есть, надеюсь долго будет
Пусть друг, (себе позволю так назвать) меня не судит
Он много сделал для людей,
Не счесть поверьте и друзей.
Он счастлив что живет и дышит
Что слово доброе услышит.
Он отдает себя друзьям
В нем нету грани к возрастам
Не важно молод ты иль стар
В тебе он видит только дар
Дар быть, и жить не лицемеря
В себя надеяться и веря
Что все вокруг лишь только началось
И древо мысли разрослось.
Не лесть поверьте движет мной
А восхищение судьбой
Не многие того смогли достичь
Как Грабор
Александр
Константинович.

              Противостояние

Уж март перевалил за половину.

Капелью холод, стужу  прогонял.

В деревне к выпасу готовили скотину,

Крестьянин полушубок теплый снял.

Но зимушка-проказница не хочет

Отдать весне-красавице права

И будто издевается, хохочет,

Снежок метет от ночи до утра.

Сей бой времен старушка проиграла-

Пора настала цвета и тепла.

В последний раз пуржила,  покрывала

Белёсым снегом русские поля.

                    Глагол

Много членов предложений

В языке и речи нашей.

Всех сильней на удивленье

Сам  ГЛАГОЛ, других он краше.

Он и пилит, он и жнёт,

Плачет и смеётся.

Надо гвоздик — он прибьет

Или вверх взметнётся.

Он – ГЛАГОЛ. Он действий царь!

Властелин движенья.

В предложении – государь,

Мастер дел, творенья.

            РУСЬ МОЯ…

Кто может Русь мою понять,

Объять, постичь и обуять

Столь кроткий и суровый нрав,

Души народа не узнав?

Здесь правда с совестью живет,

Одна другую не пройдёт.

Здесь нужно жить и умирать,

Чтоб душу русскую понять.

Всю нежность к отчей стороне

Дитя, что в белой пелене

Вкушает вместе с молоком,

Что льётся в чрево ручейком.

Я рад, что здесь моя отрада,

Покой сердечный и услада,

Берёзы белой шелест нежный,

Полёт кукушки безмятежный.

Кто сыщет место, где душа

Проста, чиста и хороша?…

Что мы даём земле в обмен,

Страданье, тягость перемен?

               РОДИНА

В труде упорном  дню – конец.

На кучу грязных нечистот

Влез старый червь и сын-юнец

Погреть на солнышке живот.

Как только дух перевели-

Нелёгок  кверху путь-

Беседу мирно завели.

Вот разговора суть.

— Мой сын, послушай ты меня:

С тобой мы долго забирались,

И только лишь к исходу дня,

В сей неге тёплой искупались.

— Да, мой отец, ведь я впервые

Увидел свет и всё вокруг,

А за тобой лета большие.

Что впереди там, что за круг?

— Тот круг даёт тепло и свет,

Играет ласково и нежно.

Пригреет он – и нету  бед.

Под ним живём мы безмятежно.

— Отец, а что там голубое?

Оно как будто бы блестит,

Такое странное, большое,

И ручеёк к нему бежит.

— Водица, озерко, там тишина,

Камыш чуть слышно шелестит,

В воде, коль смотришь, то видна,

Как рыбка у кувшинки спит.

— Отец, а там, что там шумит,

Вон то, что зеленью объято?

Оно как будто говорит:

«Принять гостей я буду радо».

— То лес, сынок, зелёный бор.

Не счесть там ягод и грибов.

Его краса ласкает взор,

Прекрасней не найдёшь лесов.

— Скажи, родитель мой, ответь,

А почему мы в нечистотах,

Доколе будем смрад терпеть,

Жить в недостатке и заботах?

Вокруг ведь мест получше много.

Покинем давешний навоз,

Открыта всюду нам дорога.

Зачем нам тягостей обоз?

— Ты глуп ещё и очень молод,

Ведь кучи нет родней у нас.

Родная нас спасает в голод,

Скрывает от ненужных глаз.

Здесь Родина, обитель, дом.

Пускай здесь грязно и темно,

Мы тут из рода в род живём.

Ведь неспроста нам то дано.

В то время ворон близ кружил,

Увидел парочку червей,

Враз крылья к телу приложил,

Хотел поужинать сытней.

Но два червя в своей стихии

От верной смерти уползли.

Вот и мораль: во дни лихие

Их дом и куча сберегли.

У каждой твари есть обитель:

Вода – у  рыбы, птицам – небо.

В своей земле ты –  повелитель,

А «там» кусок попросишь хлеба.

                КРИК

Очнись, о, пьяная Россия!

Молю тебя:  проснись скорей.

В глазах туманных истерия,

Лицо твоё угля черней.

Повсюду вопли, стоны женщин,

Повсюду плач детей твоих,

Заразой разум твой уменьшен,

Родитель гонит чад своих.

Ведь землю-матушку  живую

Законом начали терзать.

Отнимут родину Святую,

Что сможем Господу сказать?

Иль был в похмелье, был в угаре,

И ум не ведал и молчал.

Ты почему в своём пожаре

Воды на дом не поливал?

Очнитесь! Вы же – человеки.

К обрыву пьянство привело.

И не отмоемся во веки,

Коль до детей оно дошло.

Не уж то, это крик в пустыне?!

Ведь чувство к Родине сильно.

Иль мы  подобны той скотине,

Которой  вовсе  всё равно.

Пусть Русь моя меня простит —

Во мне давно уже кипит.

                  СОВЕТ

Перед лампадой, в келье малой,

К иконе лик свой обратив,

Седой монах в рубахе старой

С устами, полными молитв.

Он редко к миру выходил,

Но знал о нём народ.

Совет давал, от ран лечил,

Топил на сердце лёд.

Однажды инок молодой,

Вошёл во скромное жилище.

Хотел он правдой, чистотой

Развеять в сердце пепелище.

— О, отче, пал я, стыдно мне.

Себя не в силах ввек простить.

В гиене страшной, на огне

Я буду время проводить.

— Ну что ты, брат  любимый мой,

Лишь замарался невзначай.

Восстань и путь продолжи свой,

Иди, мой друг, и не серчай.

В молитвах старец дни проводит,

Питаясь хлебом и водой.

И вновь  юнец к нему приходит

С поникшей низко головой.

— Отец духовный, мой учитель!

Мне тяжко, снова низко пал.

Я сам души своей губитель,

В  соблазнов сети я попал.

— Восстань, трудами искупи,

В молитве праведной омойся.

Ну, а теперь, мой брат, иди,

И Бога праведного бойся.

Зима, весна, уж лето сходит,

В молитвах старец у икон.

Вновь молодой монах приходит,

И вместо речи слёзы, стон.

— Прости, наставник, что мешаю.

Мне добрый нужен твой ответ.

Опять упав, уже не чаю,

Какой поможет мне совет.

— Восстань, восстань, любимый брат,

Всю грязь с одежд своих стряхни.

Всегда тебя я видеть рад,

Меня в молитвах помяни.

Учитель, трижды твой ответ

Так прост: мол, подымись, восстань!

Доколе ж, сколько, долго ль лет,

Когда тому пределу грань?

— Предела нет, лишь смерть одна,

 Коль дышишь ты, упав – вставай.

Надежда Господом дана,

К Нему с молитвой вопрошай.

                   БОМЖ

Мороз ему уж не мешал —

Старик тихонько умирал,

Не мучил голод и нужда —

Он отправлялся в никуда.

Он вспоминал года былые,

Счастливые и непростые,

Он никого не обвинял

И всех с молитвою прощал.

Лишь об одном жалел старик:

Что не увидит внука лик.

Он тихо-тихо умирал,

А рядом с ним шумел вокзал.

                    ДОМ

Я часто скучаю по дому.

По дому, что в прошлом живёт.

По чистому дому, простому,

Меня он как будто зовёт.

Ступени скрипят под ногами,

Перила хранят рук тепло.

Я помню, как вечерами

Видел маму в окно.

Полувеком чердак запылённый,

Разбитый фонарь у дверей…

Он там. А я здесь, занесённый

Судьбою и волей страстей.